У нас никогда не было коррупции, но некоторые герои прописались на сайте словно покойники на кладбище и продолжают сеять безысходные семена гипертрофированной реальности, орошаемые грустью и влагой радикальной ночи. Благодаря Анатолию, с параллельного Новосибирска продолжают стекать сгустками яркая краска в запал субботних писем, город обнажает свои социально нерентабельные изгибы, серый остаток провокационного искусства, нарисованного кистью заморенного голодом художника в кандалах, кричит громче Мунка и дистанционно глумится над читателями колоритней кисти Врубеля, город душит, город мчится на встречу стене со скоростью строк и в конце нас ждет смерть с запахом смеха, ведь каждое письмо - своеобразный бездонный обрыв и когда человек всматривается в пустоту, пустота начинает всматриваться в человека и вместо паники на лицо наплывает предательская улыбка с истерическим смехом. Насмешками руководит, как марионеткой, отчаяние.
Читать книги у нас считается дурным тоном, только околоинтеллектуальные массы могут себе позволить натощак прочитать размышления усопших продавцов идей оптом и листать цветными туалетными бумагами с запахом истории. Поэтому большинство смотрят телевизор, у нас в крови жажда к мерцающему экрану, мы словно колорадские информационные жуки лезем на телевизор и жрем непрерывные жирные потоки информации до тех пор, пока чувство голода не сменит кишечная боль, затем булимия, еще одна передача и гроб.
Сегодня я проведу вас по моему телефизоры, на дня я включил телефизор:
"Зимой будет засуха, копите воду", "Стая собак загрызла догхелперов возле Искитима", "Сибирские самолеты бомбят Мексику", " НГУ занял первое место в миром рейтинге?", "Полиция раздала бездомным спайс", "Новорожденный ребенок оставил мать в мусорном баке", "Из-за роста курса рубля, билеты в Бердск подорожали", "В Москве смертники устроили фейверк из мяса на детском фестивале "Боль", " В США африканский ребенок кинул дротиком белому однокласснику в глаз", "Ветераны ВОВ раздали квартиры депутатам", "В Бостоне испекли километровый гороховый десерт", "Кехман стал владельцем новой Гусинобродской барахолки", "Аман Тулеев - швед", "Жена не отпускала мужа праздновать день ВДВ с друзьями, поэтому он остался дома". "В Челябинске пройдет саммит ООН".
Мне приятно смотреть, как родственные существа борются с генеалогией насилия, умирают, выживают, сдаются, находят между уничтожением и походами в синагогу время для бытовой гонки. Пассивное созерцание - протезирование реальности, которая не требует присутствия, а только фоновой вовлеченности.
Подпишитесь на нас: