Бизнес и финансы

Без процентов, алкоголя и свинины: исламский банкинг в России

Поддержание мусульманских принципов обеспечивают муллы, входящие в совет при банке

Без процентов, алкоголя и свинины: исламский банкинг в России

Исламский банкинг становится частью банковского рынка России. До конца года Сбербанк обещает запустить пилотные проекты исламского банкинга в двух столицах, регионах Поволжья и Кавказа. Услуги будут предоставляться физическим и частично юридическим лицам.

«Очагом» исламского банкинга в России, традиционно является Татарстан, здесь едва ли не ежегодно проходят соответствующие форумы, а банковская практика таких кредитных учреждений, как «АК Барс», казанского финансового дома «Амаль», филиала «Татагропромбанка» включает исламские финансы.

На исламских финансовых принципах были основаны привлечённые к Универсиаде–2013 ближневосточные инвестиции на $60 млн. Министр экономики Татарстана Фарид Абдулганиев в мае 2018 года заявил о запуске исламских финансовых продуктов для татарстанских производителей халяльных товаров.

Есть мусульманский банкинг в Башкортостане и Дагестане. Довольно успешный пример исламского банкинга демонстрировал «Эллипс-банк» из Нижнего Новгорода, но после начала санирования в 2013 году «Российским капиталом» последний собственник завершил данное направление.

На чём основаны исламские финансы?
 

В исламе запрещено взимание кредитных процентов, поэтому взаимодействие финансистов и клиентов строится на доверительном партнёрстве (шарика ал-вуджух), когда стороны разделяют риски, поясняет Рустам Вахитов, управляющий партнер нидерландской International Tax Associates B.V. (Нидерланды).

Есть ограничения по видам деятельности, на которые могут привлекаться исламские финансы.

Исключены алкоголь, табак и свинина, финансирование азартных игр. Определённая часть прибыли обязательно идёт на благотворительность – закят


Рустам Вахитов

International Tax Associates B.V.

Поддержание мусульманских принципов обеспечивают муллы, входящие в совет при банке. В частности, средства от операций по нормам ислама не должны смешиваться с деньгами, потенциально участвовавшими в харамных сделках (харам – это запретное).

По мнению Яна Арта, входящего в Экспертный совет при Комитете Госдумы по финансовому рынку, кандидата экономических наук, члена-корреспондента Международной академии экономики, финансов и права (IAEFL) и Международной академии менеджмента (IAM), в нашей стране никому пока не удалось на практике отделить харамные и халяльные деньги. Более того, мусульманские правила расходятся с финансовой практикой, которую поддерживает Банк России.

Кроме того, господин Арт отмечает, что финансы должны базироваться на математике, а не религиозных догматах, к какой бы религии они ни относились.

Как поясняет финансист, член Контрольно-ревизионной комиссии региональной национально-культурной автономии татар Нижегородской области Ильнар Колясов, речь идёт о нормах закона «О банках и банковской деятельности»: платность, срочность, возвратность. Платность исключена в силу отсутствия процентов по кредиту. Срочность не согласуется с тем, что в рамках исламских финансов у проектов есть неопределённость достижения прибыли. Могут быть и убытки, которые заёмщик и банк в рамках исламских финансов делят поровну. Это не гарантирует возвратность.

Кроме того, исламский банкинг включает довольно специфические операции. Мурабаха – это когда банк приобретает товар и перепродаёт его с наценкой клиенту, получая прибыль. Сделка по таким правилам включает отсроченную согласованную стоимость (банк покупает товар и продаёт его клиенту в рассрочку по иной цене). В России подобные операции невозможны, банкам запрещено заниматься торговлей.

Разрешительный законопроект долгие годы вылёживается в недрах Госдумы без движения. Ильнар Колясов уверен, что в течение непродолжительного времени у российских кредитно-денежных властей придёт осознание особенностей и преимуществ исламских финансов и они станут неотъемлемой частью отечественной финансовой системы. Ведь на Западе ведущие финансовые институции охотно работают в этой сфере.

Standard & Poor's Financial Services LLC оценивает ёмкость отрасли в $4 трлн, пока исламские сделки в мире занимают $1–2 трлн. Есть и сложность с оценкой заёмщика: классические банки проводят скоринг, оценивая общую ситуацию с экономикой заёмщика. Исламским банкам требуется глубокая проработка непосредственно предоставленного проекта, что повышает для банка расходы на андеррайтинг.

Что касается проверки, является ли клиент мусульманином, её, насколько известно, не существует, то есть клиентом может стать теоретически представитель любого вероисповедания, но ему придётся соблюдать все нормы исламского банкинга.

В обход санкций
 

Импульс к развитию российский исламский банкинг получил после 2014 года, когда был присоединён Крым, за что западные партнёры ввели финансовые санкции. Часть российского истеблишмента увидела в мусульманском банкинге возможность доступа к капиталам вне санкционных ограничений.

Экономисты и финансисты сдержанно оценивают подобные перспективы. Например, вот что говорит Сергей Жаворонков, кандидат экономических наук, старший научный сотрудник лаборатории институциональных проблем Института экономической политики имени Е. Т. Гайдара: «Пока что «исламские банкинги», пытавшиеся развиваться в соответствующих регионах, как дагестанский «Экспресс», татарский «Татфондбанк» активно банкротились. Сбербанку это вряд ли грозит — государство всегда поддержит, но и никакой прибыли это не сулит. А что касается «кредитования в обход санкций», то напомню, что отношения российских властей и уважаемых властей Персидского залива далеки от безоблачных, и вряд ли их богословы выдадут сбербанкам фетву».

Схожую позицию занимает Алексей Марков, кандидат экономических наук, инвестор, автор финансовых бестселлеров: «Это старинная забава текущего правительства: рассказывать, что в мире очень много доступных и дешёвых денег и все нам их хотят скорее раздать. Денег в мире, действительно, немало, но их интерес к российской экономике хорошо если пропорционален доле РФ в мировом ВВП (менее 2%).

Ответ на вопрос «Может ли исламский банкинг стать источником доступных и, возможно, дешёвых денег для российской экономики на внешних рынках, прежде всего – для компаний под санкциями?»: да, может, но нет, не станет. Будем надеяться на конфуцианский банкинг


Алексей Марков

кандидат экономических наук

Ограничения связаны в первую очередь с тем, что деньги саудитов без разрешения США, так и останутся в США (и немного в Европе).

Если говорить формально, то, конечно, ограничения есть в виде завуалированного процента по кредиту (который пророк взимать запретил), но это проблема даже не законотворческая, а корпоративно-юридическая, которая решается, как только находятся реальные деньги. В Татарстане, например, никаких проблем банки не испытывают: если они хотят выдать кредит по российскому закону, Аллах ненадолго отворачивается».

Константин Барановский