«Труд — это не только станок»: куратор выставки Татьяна Авдеева о том, как меняется образ человека труда в искусстве

Куратор выставки «Искусство труда» Татьяна Авдеева рассказала Daily Moscow, почему современный герой труда — это не только рабочий у станка, но и полярник, врач, педагог и исследователь; как за восемь сезонов вырос фестиваль; и зачем новая экспозиция, (будет работать 6–30 ноября на Хлебозаводе № 9), построена вокруг художественных средств — цвета, линии и объёма.

Татьяна, как, на ваш взгляд, меняется образ «человека труда»? Раньше это был рабочий у станка. А сегодня кто он в работах художников: курьер, программист, кто ещё?

Мне кажется, мы постепенно уходим от представления о человеке труда исключительно как о рабочем у станка. Труд гораздо многограннее, и за каждой профессией стоит совершенно особый набор знаний, навыков, ответственности и человеческих качеств.

Конечно, курьер и программист тоже могут становиться героями современного искусства. Но в нашем фестивале пока преобладают сюжеты, связанные с промышленностью, сельским хозяйством и физическим трудом. При этом круг героев совсем не ограничивается заводскими рабочими. Это и промышленный альпинист, и водитель, и механизатор, и полярник, и люди, которые обеспечивают работу огромных производственных систем.

Для меня важно, что человек труда — это не обязательно представитель какой-то определённой профессии.

Особенно интересно наблюдать, как художники раскрывают не только профессиональную, но и личную сторону своих героев.

У вас за плечами не одна выставка. Что изменилось в самом проекте за это время?

За восемь сезонов фестиваль заметно вырос, и сегодня это уже большой проект, объединяющий художников, представителей промышленности и зрителей. Особенно сильно изменилась наша работа с аудиторией. Мы делаем интересную красивую архитектуру выставки, стараемся создавать разные способы взаимодействия зрителя с искусством. Развиваем лекционную и экскурсионную программы, проводим мастер-классы, создаём детские квесты.

Для нас важно, чтобы посетитель не просто посмотрел на картины, но и узнал что-то новое о профессиях, производстве, художественных техниках и людях, которые стоят за созданием произведений.

Меняется и наша кураторская работа. Каждый сезон мы ищем новые подходы к архитектуре экспозиции и её художественной концепции. Мне особенно интересно, что даже спустя восемь лет тема труда не становится для нас исчерпанной! Наоборот, чем глубже мы в неё погружаемся, тем больше открываем новых возможностей для художественного высказывания.

Есть ли повторяющиеся сюжеты или образы, которые приходят каждый год? Что вы видите снова и снова?

Конечно, есть целый ряд сюжетов, к которым художники возвращаются из года в год. Например, металлургия и сельское хозяйство - практически неисчерпаемые источники художественных образов.

В заводских сюжетах художников привлекают раскалённый металл, потоки искр, огромные конструкции и механизмы, контрасты света и тени в производственных цехах.

В сельскохозяйственных произведениях постоянно возникают образы полей, комбайнов, уборки урожая, деревенской жизни. Но мне кажется, это совершенно естественно. Ведь именно эти процессы во многом определяют жизнь целых регионов.

При этом повторяющийся сюжет совершенно не означает повторения произведения. Два художника могут изобразить один и тот же завод, но один увидит в нём почти абстрактную геометрию конструкций, другой - драматичное столкновение света и металла, а третий сосредоточится на портрете рабочего.

Мне нравится, что тема труда позволяет наблюдать не только за тем, как меняется окружающий мир, но и за тем, насколько индивидуальным может быть взгляд художника на привычные вещи.

Была ли работа, которая удивила или даже сломала ваши ожидания от темы труда?

Одно из произведений, которое произвело на меня особенно сильное впечатление, - триптих Павла Ефанова «Ночные полёты».

Мне очень нравится, как художнику удалось передать размах взлётной полосы, мощь самолётов и вместе с тем особенное состояние предрассветного неба. Контрастные полосы синего и красного создают удивительное ощущение напряжения ночной работы, когда усталость соседствует с предельной сосредоточенностью.

Для меня это прекрасный пример того, что произведение о труде совершенно необязательно должно строиться вокруг непосредственного изображения рабочего процесса или вокруг фигуратива. Иногда достаточно передать пространство, свет и состояние, чтобы мы ощутили присутствие человека и масштаб его труда.

О чём вы бы хотели, чтобы художники присылали больше?

Мне хотелось бы видеть ещё больше художественной смелости. Причём не столько в выборе сюжетов, сколько в способах их интерпретации.

Тема труда в искусстве у многих по-прежнему ассоциируется с традициями прошлого, реалистической живописью, монументальностью и некоторой суровостью образов. Но ведь труд — это не только наше художественное наследие, это прежде всего современная действительность, в которой мы живём каждый день.

И мне кажется, было бы замечательно, если бы художники обращались к ней с той же свободой, с какой исследуют любые другие темы современного искусства. Экспериментировали с формой, цветом, материалами, композиционными решениями, искали неожиданные метафоры и новые способы художественного высказывания. И чтобы делали больше инсталляций, скульптур.

Напротив, она предоставляет огромное пространство для эксперимента.

Мне хочется, чтобы художники не боялись отходить от привычных визуальных образов и предлагали собственные, иногда совершенно неожиданные интерпретации труда. Ведь именно так тема продолжает развиваться и оставаться актуальной.

Есть ли тема или ракурс, которого вам не хватает в таком потоке работ?

Наверное, мне не хватает более широкого художественного осмысления интеллектуального труда и профессий, в которых результат человеческих усилий не всегда можно увидеть непосредственно.

Сейчас интеллектуальный труд занимает огромное место в нашей жизни, но в произведениях искусства он представлен значительно реже, чем физический. Художники охотно обращаются к образам шахтёров, сталеваров, комбайнёров - к профессиям, которые обладают очевидной визуальной выразительностью. И это вполне понятно. Огромный металлургический цех, движение комбайна по полю или работа шахтёра под землёй сами по себе дают художнику богатый материал.

Но мне хотелось бы чаще видеть произведения, посвящённые врачам, педагогам, архитекторам, воспитателям, исследователям и представителям других профессий, в которых человеческий труд не менее сложен и значим.

Мне кажется, перед художниками здесь открывается интересная задача: как сделать видимым то, что не всегда имеет очевидное материальное воплощение? Как изобразить мыслительный процесс, профессиональное внимание, ответственность за другого человека? Именно такие художественные поиски мне хотелось бы видеть чаще.

Как вы выстраиваете маршрут зрителя и соседство работ - что диктует эту иерархию и ритм?

Для меня создание экспозиции - это самый увлекательный этап работы. На выставке произведений много – 160, все они разные по формам, стилям и техникам. Это самостоятельный творческий процесс. Каждая работа обладает собственным характером, масштабом, колоритом и внутренним ритмом, но вместе они должны сложиться в цельное повествование.

При этом очень важно сохранить индивидуальность каждого автора. Я стараюсь продумывать то, как они будут взаимодействовать друг с другом. Где стоит создать контраст и визуальную перекличку, а где, наоборот, оставить произведению больше пространства.

В этом году я впервые решила построить концепцию вокруг самих художественных средств выражения. Она получила название «Труд: в цвете, в линии, в объёме». Посетительский путь строится по тому же пути.

Мне хотелось, чтобы зритель исследовал не только сюжеты труда, но и то, каким образом художники их интерпретируют. Как цвет передаёт атмосферу производства или состояние человека, как линия превращает движение механизмов в художественный ритм, как материал и пластика скульптуры раскрывают характер героя.

Поэтому выставочное пространство разделено на три смысловых направления, каждое из которых предлагает свой способ восприятия искусства. Для меня это ещё и возможность показать, насколько разными могут быть художественные ответы на одну общую тему.

Как новая площадка проекта повлияла на драматургию выставки и восприятие работ?

В этом году выставка проходит на Хлебозаводе № 9, в пространстве «Бойлерная», во второй раз. Это настоящая бывшая бойлерная, которая когда-то была буквально сердцем хлебозавода, обеспечивая его работу. И теперь именно здесь мы показываем произведения, посвящённые человеческому труду.

Теперь мы можем практически с нуля выстраивать её архитектуру под собственную концепцию и конкретные произведения. Высокие потолки, большие окна с естественным светом, индустриальный характер пространства — всё это становится частью художественного решения.

Для меня очень важно, что архитектура здесь вступает с ним в диалог с искусством, поддерживает общую тему выставки и помогает зрителю глубже почувствовать атмосферу созидательного труда.

Что ждёт посетителей, кроме самой экспозиции?

В течение выставки будет работать образовательная программа: лекции, экскурсии и художественные мастер-классы. Причём часть занятий проведут непосредственно художники фестиваля. Это прекрасная возможность лично познакомиться с авторами, узнать об их творческом процессе и попробовать свои силы в разных техниках.

Отдельное внимание мы уделяем экскурсиям. За многими работами стоят удивительные истории: поездки на предприятия, знакомство художников с героями будущих произведений, необычные обстоятельства создания картин и скульптур. Мы стараемся сохранять эти рассказы и делиться ими со зрителями, в том числе через расширенные этикетки рядом с экспонатами.

Для детей мы также разработали специальный квест, чтобы знакомство с искусством стало увлекательным исследованием.

Работы, представленные на выставке, продаются?

Некоторые произведения на выставке можно приобрести. Для нас это не главная цель фестиваля, но замечательная возможность поддержать художников и помочь их работам обрести новых владельцев.

Что пожелаете вашим посетителям?

Мне хочется, чтобы каждый посетитель ушёл с выставки не только с эстетическими впечатлениями, но и с каким-то личным открытием. Возможно, узнал о неизвестной ему профессии, увидел красоту в привычном производственном процессе или задумался о том, сколько человеческого труда стоит за окружающими нас вещами.