Деньги без процента: зачем Россия экспериментирует с «партнерским» банкингом

Кристина Танцюра, CEO и Управляющий Партнер SKY Consulting Group, эксперт по развитию бизнеса на Ближнем Востоке, руководитель комитета по работе с ОАЭ и странами Персидского залива Ассоциации экспортеров и импортеров

Исламский банкинг – это финансовая система, в которой нет ссудных процентов. Эту модель Россия начала изучать на практике в 2023 году в рамках экспериментального правового режима. Результаты превзошли ожидания: если в конце 2024 года оборот в пилотных регионах составлял 1 млрд рублей, то к середине 2025 он превысил 4 млрд, причем 85% операций пришлось на Татарстан.

Теперь эксперимент продлен до 2028 года, и идет работа по созданию для него правовой базы, что означает переход от проб к планомерному развитию новой финансовой модели.

Отличие исламского банкинга от классической модели

Если традиционный банк — это кредитор, чья цель — продать деньги дороже, то исламский банк — это партнер или агент. Вместо того, чтобы давать деньги в долг под процент, банк вместе с клиентом участвует в реальном деле: открывает химчистку или покупает оборудование для фермы.

Как отмечал основатель первого исламского банка Ахмед Аль-Наджар, эта система выросла не из желания создать альтернативу, а из религиозного принципа справедливости. И сейчас, когда глобальный рынок ищет более справедливые и устойчивые модели, этот этический стержень оказывается ее главной силой.

Практические инструменты: мурабаха, иджара и партнерство вместо кредита

Философия исламских финансов зиждется на трех столпах, которые полностью переосмысливают природу денежных отношений. В ее основе — запрет рибы, то есть ссудного процента, который рассматривается как несправедливое обогащение, когда деньги порождают деньги сами по себе. Два других ключевых принципа дополняют эту картину.

Запрет гарара (неопределенности) предполагает полную ясность: что именно продается, по какой цене и каковы условия доставки, то есть продавать «кота в мешке» нельзя. Запрет майсира означает, что доход должен быть следствием реальных усилий, а не получен по случайности в результате, например, игры на ставках.

Из этих принципов рождаются практические инструменты, заменяющие привычный кредит под процент. Вместо выдачи займа банк становится прямым участником сделки. Например, мурабаха — это сделка с наценкой вместо кредита, как в ранее приведенном примере про ипотеку. Партнерский формат, или мудараба, — это договор, по которому банк предоставляет капитал, а предприниматель — идеи и управление; прибыль они делят, а финансовые риски несет банк.

Система, по определению исключающая вложения в «грязные» активы (табак, алкоголь, азартные игры), идеально совпала с главным трендом глобальных финансов — движением к ESG и ответственным инвестициям.

Успех исламского банкинга был бы невозможен без мощной институциональной и регуляторной поддержки. Страны Персидского залива, используя нефтяной капитал, создали авторитетные органы по стандартизации (например, AAOIFI в Бахрейне), мощные исламские банки (Al Rajhi, Dubai Islamic Bank) и суверенные фонды, работающие по этим принципам. Таким образом, из локальной религиозной практики исламские финансы превратились в стройную глобальную индустрию со своими правилами, кадрами и продуктами.

Почему эта система прижилась именно на Ближнем Востоке и что это значит для России

Эта система исходит из старейших устоев местного бизнеса, где честное слово и личная ответственность ценятся выше любого контракта.

Для российского бизнеса это означает необходимость заимствовать не только саму механику, но и подход к отношениям с клиентом. Тот, кто пройдет этот путь, получит доступ не только к новым капиталам, но и к принципиально иному уровню долгосрочных отношений с инвесторами.