Generation Пелевина: десять самых крутых книг "современного классика"
Сегодня Виктору Пелевину, писателю, которого называют "современным русским классиком", исполнилось 54 года. Пока "классик" издал четырнадцать романов, на его историях выросло целое поколение россиян - да даже и не одно. Каждое из произведений становилось бестселлером. Посмотрим, что можно почитать длинными зимними вечерами?
Омон Ра
Это произведение рисует курьезный мир жестокой действительности, где человеческое существо напоминает наглухо замурованную ракету с нарисованной дверью, а полет на Луну оказывается метафорой нашей жизни - и в личном, и в историческом смысле. С неподражаемым изяществом Пелевин предлагает альтернативную версию событий, которые никем до этого не ставились под сомнение.
Жизнь насекомых
А, что если сравнить человека и насекомых? Это как в старом анекдоте про муравейник: "Целый день наблюдал за муравейником. Ни планерок, ни совещаний, но главное - все работают..."
Пелевин этим и занимается - сравнивает жизнь людей, вечно копошащихся в каких-то проблемах и жучков-паучков. Эдакое кривое зеркало жизни, в котором каждый может оказаться мухой, молью или навозным жуком. Кстати, критики назвали роман "остросоциальным".
Чапаев и Пустота
Про свой третий роман сам Виктор Олегович высказался таким образом: «Первое произведение в мировой литературе, действие которого происходит в абсолютной пустоте».
На самом деле оно происходит в 1919 году в дивизии Чапаева, в которой главный герой, поэт-декадент Петр Пустота, служит комиссаром, а также в наши дни, и, как это часто бывает у Пелевина, в виртуальном пространстве...Роман построен как череда «вставных историй», вращающихся вокруг центрального сюжета: пути Петра Пустоты к неожиданному просветлению (сатори), добиться которого ему помогает Чапаев.
Generation "П"
Поколение "Пепси" и его главные ценности. Четвертый и, пожалуй, на сегодня самый известный роман Пелевина рассказывает о поколении россиян, которое взрослело и мужало в лихие 90-е. Главный герой романа, представитель поколения «П», начинает с торговли в киоске, потом осваивает интеллектуальную халтуру на ниве рекламы и маркетинга, работает над «русской идеей», а в итоге становится… земным мужем богини Иштар.
Вся прелесть пелевинского романа в том, что его каждый воспринимает по-своему: это и глубокая эзотерика, и блестящее издевательство над рекламой, и политический памфлет, и философская фантастика, и учебное пособие по рекламе и маркетингу. А еще — это секретное руководство по управлению Российской Федерацией.
Числа
Роман про мальчика из "Страны Советов" по имени Степа, которому тот самый сатори внезапно открылся - через магию чисел. Долгие годы Пелевин публиковался в религиоведческих журналах, выдавая на гора статьи про мистицизм и мифы Востока. Собственно, все эти познания и нашли должное отражение в этом его романе. Затем главгерой Степа вырос и стал бизнесменов в ельцинскую эпоху.
И всю свою жизнь Степа жизнь боялся числа 43 и доверял числу 34. Одно вело к горестям и потерям, второе – к удачам и успеху. И даже фильм про трех танкистов и собаку он полюбил именно за то, что танкистов было три, а собака была четвертой. Но судьба часто сводит его с проявлениями "вражеского" числа, а Степа внезапно понимает, что смысл жизни не в вечном побеге от цифр и знаков.
Священная книга оборотня
У главгероя, вернее, главгероини, этого романа особенное и "ласкающее" русское ухо имя - А Хули. И она не то, что вы сейчас подумали. А Хули — древнекитайская лиса-оборотень, ей две тысячи лет.
Она не просто рассказывает историю своей жизни в Москве среди бесхвостых обезьян, но пишет Священную Книгу: «Как считается, в ней будет раскрыта главная тайна оборотней. Каждый оборотень, который ее прочитает, сумеет пять раз понять эту тайну». А Хули — мастер иллюзий, но однажды она встречает того, кто неподвластен ее гипнозу: волка-оборотня с удостоверением ФСБ...
Empire V

Социализация вампира парадоксальна: с одной стороны он был и, в какой-то мере, остаётся человеком. С другой стороны, он становится вампиром, который должен по своей природе контролировать гламур и дискурс, вместо того чтобы поддаваться ему. Для вампира это основной способ контролировать человечество и, одновременно, питаться.
t
Роман повествует о пути мастера боевых искусств графа Т. (отсылка ко Льву Толстому), который бежал из своего дома от царской охранки и с неведомой ему целью пробирается в Оптину Пустынь, которая в контексте данного романа обретает черты не знаменитой обители православия, а то ли некой Шамбалы, то ли непонятного места духовного просветления, существующего в реальном мире.
Эта книга - трактат по адвайте-веданте. Дуалистическая проблема: кто реален, писатель или его герой, решается недуалистически. И писатель, и герой — нереальны, реально лишь То. Адвайта-веданта сначала намечена в фамилии Ариэля: Брахман, затем выражена в философии Соловьева, в его концепции читателя (или невовлечённого наблюдателя), а окончательна утверждается в надписи: «T. tvam asi» или «Tat tvam asi», «То есть ты».
Любовь к трем цукербринам
Этой книгой он снова бьет по самым чувствительным, болезненным точкам представителя эры потребления. Каждый год, оставаясь в тени, придерживаясь затворнического образа жизни, автор, будто из бункера, оглушает читателей новой неожиданной трактовкой бытия, в которой сплетается древний миф и уловки креативщиков, реальность и виртуальность. Что есть Человек?
Часть целевой аудитории или личность? Что есть мир? Рекламный ролик в планшете или великое живое чудо? Что есть мысль? Пинг-понговый мячик, которым играют маркетологи или проявление свободной воли? Каков он, герой Generation П, в наши дни? Где он? Вы ждете ответы на эти вопросы? Вы их получите.
Лампа Мафусаила, или Крайняя битва чекистов с масонами
Последний роман, был опубликован в сентябре этого года. В центре повествования – три поколения дворянской семьи Можайских, служащие Отчизне в XIX, XX и XXI веках. Но, как ясно, из второй части названия, речь здесь пойдет о вещах вечных - о противостоянии Востока и Запада, то есть чекистов и коварных "вольных каменщиков". У этого вечного противостояния есть не просто финансовая подоплека, но еще и некий оккультный смысл.